Арсен Баянов: «Водка, Бабы, Рок-н-Ролл»

арс6Перед выходом электронной версии бестселлера «Алма-Ата неформальная» — автор книги, известный журналист, экс-участник легендарной группы “Дос-Мукасан” и просто выдающийся персонаж Арсен Баянов рассказал нам еще больше закулисных подробностей жизни «богемы» культурной столицы и о том, как «Город-Джаз» превратился в «Город поп». 

Арсен, Вы самый что ни на есть коренной алмаатинец? 

Коренной. Ходил в 20-й сад. Он до сих пор есть. Находится напротив  ресторана «Алма-Ата»,  в котором мы уже  потом ошивались, и еще я играл там в группе. Ирония судьбы. А начинал учиться в 28-й школе. Потом переехали в другой район, и заканчивал  уже 15-ю.

Какое Вы получили образование и как в юности Вы и Ваши родители видели свое будущее? 

КазГу, филфак. Учился еще в политехе, в инязе.  Как тут не вспомнить добрым словом бесплатное высшее образование в СССР. Я постоянно мотался по гастролям с группой, поэтому пропускал занятия, сессии, экзамены. Уходил сам, а потом приходилось поступать заново уже в другой ВУЗ! Родители хотели меня видеть дипломатом, насколько я помню, и даже еще в дошкольном возрасте водили к одной училке по английскому. Отец и мать учились и долго жили в Москве. Предполагалось, что потом  поеду туда на учебу. А я лет в 11-12 хотел быть футболистом (пока не услышал Битлов). Занимался в школе при «Кайрате», кажется, она называлась «Футбольная школа молодежи». Учеба и школа естественно побоку. И отец мне запретил это дело. Помню, даже тренер приезжал к нам домой просить, чтобы я продолжал заниматься. Но все было бесполезно.

Мне понравился слог и стиль, в котором написана “Алма-ата неформальная”, когда он начал формироваться? Расскажите про Ваш первый журналистский/писательский опыт?

В середине 70-х годов вышла моя заметка в газете «Ленинская смена» про поездку ансамбля «Дос-Мукасан», в которой я был барабанщиком, на БАМ. Ее попросил написать Евгений Гусляров — «золотое перо» газеты, который тоже был с нами в этой командировке.  Тогда я как-то пропустил этот факт мимо. Потом, когда ушел из музыки и хотел устроиться в газету, напечатали мое письмо якобы от читателя в газете «Железнодорожник»,  это было  настоящим счастьем и даже потрясением, так мне казалось в тот момент! А писательский опыт… Будучи корреспондентом еженедельника «Горизонт», мой рассказ был опубликован в сборнике молодых писателей, подающих, так сказать, надежды. Редактором сборника был Бахыт Каирбеков, который сейчас стал большим теленачальником. Потом уже в журнале «Простор» был опубликован мой роман. Но со скандалом. «Старики» из редколлегии не хотели его печатать, за некоторую, по их мнению, аморальность, а более молодые с ними ругались. В частности, Рустем Жангожин очень его отстаивал. Он сейчас в Киеве. Я поддерживаю с ним связь. И Анатолий Загородний, он даже грозился увольнением из «старпёрского» журнала.  Сейчас он живет в России. А насчет стиля… Даже не знаю, что сказать. Наверное, он сам как- то сложился. Какой человек, такой и стиль.

Можно сказать, что ваше поколение стояло у истоков новой независимой журналистки, которая появилась у нас на волне перестройки.

С определением «независимая» я был бы несколько осторожен. Когда мы, молодые журналисты во главе с Вячеславом Столяровым, делали газету «Горизонт», то были очень даже зависимы от компартии и комсомола, хотя нам казалось наоборот. И как только Слава попытался сделать шаг в сторону, его сразу же убрали. Тогда газеты плодились, как грибы, радио и телеканалы открывались почти каждую неделю. Цензура пала, а сотрудники ЛИТО, те самые церберы, которые могли диктовать, что публиковать, а что нет, как по мановению волшебной палочки, исчезли. А когда я начинал делать газету «Панорама», то кредит на это дал Казкоммерцбанк. Кто кормит девушку, тот ее и танцует. Это про «независимость»…

Время тогда было слегка сумасшедшее. Нуржан Субханбердин, который был председателем банка, в то время сидел в небольшой комнате в бывшем здании ЦК Комсомола КазССР, что находилось на улице Комсомольской. Никаких охранников у двери. Заходи спокойно, только не забудь постучаться. И он сказал, что нужно написать бизнес-план. Я вышел из его кабинета и чуть ли не на подоконнике набросал от руки штатное расписание и первые необходимые траты для еженедельника: на бумагу, на технику, на аренду помещения, машины и т.д. И минут через десять снова зашел к нему, он быстро пробежал глазами написанное и, не мешкая, поставил под той филькиной грамотой свою подпись. А через пару дней деньги уже были на счету газеты. Романтика перестройки!!!

Как пришли в музыку? Кто были Ваши первые учителя и коллеги на этом поприще?

Я пришел в музыку через Битлов. Как и многие музыканты. Создали группу во дворе, играли их песни, а также других групп. Даже дали небольшой концерт в 15-й школе, где все учились.  Группа называлась «Рифы». Но была проблема: все хотели играть только на гитарах. Тогда кинули жребий, и мне выпало быть барабанщиком. Начал искать, где бы научиться этому делу, и я нашел Юрия Юлевича. Между музыкантами его звали  «Пистон», возможно, за небольшой рост. Считаю его основателем школы игры на барабанах в Алма-Ате. Вначале занимался у него, потом у Тахира Ибрагимова, лидера джазового коллектива «Бумеранг», которого тоже учил играть «Пистон».  Тахир — это вообще особая тема. Он поднял наш джаз на очень высокий уровень, если не сказать на мировой.  Его квартира находилась в доме на углу Брода и улицы Мира. Там постоянно ошивались толпы музыкантов и прихлебателей, а когда ему стало по жизни не очень катить, то все куда-то испарились.

арс5

Ринат Шаяхметов и Арсен Баянов на фоне памятника легендарным «Битлам»

Потом мы создали группу с Володей Миклошичем («А’Студио»), репетировали у него в подвале дома на Калинина, а также в Политехе. На нас косо смотрели из-за репертуара, потому что мы играли исключительно англоязычный «hard & heavy». Он поразил меня тем, что один в один снял партию бас-гитары нескольких вещей «Led Zeppelin». А их играть чрезвычайно сложно. В то время меня интересовали только музыка и моя девчонка. Я пропускал занятия, хипповал. И тогда отец отправил меня на перевоспитание в Красную Армию…

Но, как ни странно, я сразу же попал в музвзвод в подмосковном Долгопрудном, где ансамблем руководил  Женя Ганин, джазовый трубач из местных, очень уважаемый музыкант. Он приносил в офицерский клуб, где мы базировалась, записи с самым современным джазом и джаз-роком. В ансамбле играл на бас- гитаре Миша Петров, тоже местный чувак, с которым мы ходили в самоволки в Долгопрудный слушать приезжие московские банды. Советская Армия была вначале для меня даже некой неформальной музыкальной школой. Правда, потом меня оттуда сослали в войска, в глушь за драку со старослужащим, но это уже другая история.

В  Алма-Ате, уже после армии, я снова стал играть в студенческом бэнде, репетировали в зале  Зооветинститута, и тоже «каверы» известных западных групп. В составе был и Шамиль Арысов, он потом работал во многих «бандах», в том числе в «Алтын-Дане». У него была гитара «Gretsch», примерно на такой модели играл  Джордж Харрисон, купленная у югославских музыкантов. А когда сюда приезжал Яшка Цыган из «Неуловимых мстителей», то выцыганил ее у Шамы, и тот ее продал. (Музыканты и инструменты — вообще отдельная тема, особенно во времена СССР. Об этом я подробно написал в книге «Антология KZ. Джаз, поп, рок»).  Руководил всем этим композитор Алексей Попернацкий, он сейчас на Украине. Интересно, что после этого я не видел его лет 10 и случайно столкнулся с ним нос к носу на набережной Ялты! И вдруг там однажды появляется руководитель ВИА «Дос-Мукасан» Мурат Кусаинов, который, прослушав как я барабаню, пригласил меня в группу. После победы на песенном конкурсе  в Минске, где разделили с «Песнярами» первое место, они гремели на всю страну. Я согласился. И понеслось!..

Вы много лет  профессионально занимались музыкой, играли и в «Дос-Мукасане», в других известных командах. Хотелось бы уточнить, лозунг западных рокеров «SEX & DRUGS & ROCK & ROLL»  вам был известен?

Когда пал железный занавес, и можно было читать специальную литературу о музыкантах, наших кумирах, меня поразила удивительная вещь. Оказывается, и на Западе на ранних этапах запрещали длинные волосы, одежду вызывающую и даже beat-музыку и rock’n’roll.

И, в принципе, мы развивались и жили по одним правилам. Только там у них это было в более грандиозных масштабах. А лозунг этот у нас был переиначен на другой манер: «БАБЫ, ВОДКА, РОК-Н-РОЛЛ». Значит, все примерно было одинаковым: и гастроли, и группиз («гастрольные жены», некоторые даже ездили за нами из города в город), и всевозможные похождения, пьянки-гулянки, типа их наркотических трипов. Сейчас смотрю на некоторых благообразных, заслуженных, с которыми мы зажигали по полной, ну такие, блин, ангелы без крыльев!

 «Дос-Мукасан» ездил в США во времена «железного занавеса», но вас почему-то туда не пустили?

Сейчас везде пишут,  что это были триумфальные гастроли ансамбля по странам Северной и Южной Америки. И что группа заработала там миллион или два миллиона долларов. Причем с каждым годом озвученная сумма раз за разом возрастает. Помнится, когда я впервые  услышал этот миф, фигурировало, кажется, полмиллиона долларов.  Хочу прояснить ситуацию. ВИА «Дос-Мукасан» выступал на круизном теплоходе «Казахстан» в качестве группы, которая работала для туристов в ресторане, в основном американцев. А меня вышвырнули на пирс в Одессе прямо перед отходом судна на Марсель, потом на Канарские острова и прямиком в Новый Орлеан. Объяснили это тем, что алма-атинская ЧеКа (ЧК — чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем – Прим. ред.) запретила мне выезд за рубеж. Помню свое настроение: тоска, отчаяние, аж вешайся. И ни один из ансамбля даже не заступился за меня. От этого становилось еще больнее. Хотя их понять можно, КаГэБэ все боялись. Зато потом они привезли мне джинсы «ливайс» и джинсовую рубашку. Это было тогда, как кусок золота. Но все равно осадок остался, не от поступка парней, а от самого факта.

арс3

Арсен Баянов и Нурлан Шарипов, 1977 год

А почему меня не выпустили за железный занавес? Я могу только предполагать. Мой дедушка по маме Жакип Акпаев был одним из основателей партии «Алаш Орда». Улица его имени есть сейчас в Алма-Ате. Известный в Питере как Якуб Мурза, выпускник юридического факультета Императорского Санкт-Петербургского университета, член императорского географического общества. По семейным легендам он встречался с царем, дружил с путешественником Потаниным, знал Колчака… и т.д. и т.п.  Нашей семье принадлежало много чего… В том числе  знаменитый Гульшатский медный рудник. Эта самая Гульшат была моей двоюродный бабушкой. Толком я ничего не знал, но все равно часто говорил пацанам, что «вот, суки-коммунисты нас ограбили», и что «придет время, и я заберу рудник назад»! И вообще болтал много всего. Наверное, кто-то стуканул. Хорошо еще, что не посадили, а ведь тогда за анекдот могли за решетку упечь. Жизнь и смерть — во власти языка, точнее не скажешь.

Жакип Акпаев, дедушка Арсена Баянова

Жакип Акпаев, дедушка Арсена Баянова

 

А с какими известными музыкантами вы пересекались?

О! Их было очень много. Мы выезжали на гастроли за рубеж, мотались вдоль и поперек СССР, только в одной Москве были раз 20 на разных сборных концертах, так называемых «солянках». Там были все тогдашние официальные звезды эстрады и поп-сцены. Однажды наше министерство культуры что-то там напутало и ансамбль направили на какой-то юбилейный концерт советского джаза в ту же первопрестольную (в Москву – Прим. ред.). Представляете, там участвовали практически все звезды джаза: «Мелодия» Гараняна, «Аллегро» Ливиновского, «Арсенал» Козлова, «Гунеш» с супербарабанщиком Шафиевым (Шафиева я знал еще по их первому выступлению в Алма-Ате), Игорь Брилль, Анатолий Кролл и другие. Большие музыканты, имена которых были на слуху. Мы узнали об этом только чуть ли не перед выходом на сцену, а ведь «Дос-Мукасан» играл совсем другую музыку, и мы там были вообще «не в понт». Но потом группу решили представить как «этно-джаз–рок» из Казахстана. И всех это устроило. Выступили первыми и даже сорвали аплодисменты. А потом я слушал всех этих мастеров вживую. Круто было. Раз пять-шесть были в Минске, вообще с гастролями по Белоруссии и неоднократно выступали вместе с «Песнярами». А в Турции на концерте на сцену к нам неожиданно вышел  певец Барыш Манчо, он тогда был суперпопулярен там и спел с нами. Потом мы были у него на концерте и даже обсуждали совместные гастроли по Турции, Казахстану и всей Средней Азии…

baris_manco1

Барыш Манчо — турецкий рок-певец, композитор и телепродюсер

Интересный случай произошел  в Алма-Ате. Я работал в группе в ресторане «Алма-Ата» на первом этаже. Играли  только англоязычную музыку. Но ресторанный мясник, если мы просили у него продать мяса (тогда ведь мясо не просто было купить, дефицит), всегда требовал (именно требовал) играть песенку ансамбля «Верасы» — «Малиновки заслышав голосок». Я ее ненавидел, но играть приходилось. Однажды у нас проходили съемки какой-то музыкальной передачи для ЦТ (Центральное телевидение — советская государственная организация по осуществлению всесоюзного и частично регионального телевизионного вещания – Прим. ред.) для союзного эфира. Кроме всех звезд эстрады СССР были и «Верасы». Мы с клавишником Игорем Панковым играли с «Дос-Мукасаном», который тоже снимался в передаче. Там и познакомились с вокалистом и бас-гитаристом «Верасов» Александром Тихановичем, который пел эту песню. Без спиртного, понятно, не обошлось. Потом все вместе поехали к нам в ресторан, там еще продолжили, и, помнится, я попросил его залабать «Малиновку», а сам побежал за мясником. Когда «Малиновку» стали петь в оригинале, бедняга, наверное, слегка с катушек слетел. Плакал долго, всех обнимал, говядину бесплатно порывался отдать. С тех пор мясо свое он продавал нам по первому требованию.

С кем только не делили сцену, перечислять всех — места не хватит. Но вот одна встреча у меня почему-то до сих пор в памяти.  Дело  было в Минске. Тоже «солянка». Огромный зал. Движняки за сценой. Неожиданно передо мной возникает тонкая, изящная и какая-то  необычайно гибкая фигура в папахе. Вокруг этой фигуры сразу возникает толпа. Я быстро огибаю этот людской клубок, и меня вводит в ступор поразительный контраст между юношеской фигурой и, скажем так,  лицом с морщинами, которым обладает этот человек в центре, словно на подростка надели маску очень взрослого мужчины. Это был Махмуд Эсамбаев, знаменитый чеченский танцор.  Наверное, мой оторопелый вид чуть ли не с открытым ртом его слегка развеселил. Но он ничего не сказал, только улыбнулся, похлопал меня по плечу и прошел мимо, окруженный поклонниками. Потом я наблюдал танец Эсамбаева на сцене вживую, и это было тоже поразительно. Как огонь! Как ртуть! Более ничего подобного в жизни я не видел.

Патлаты рокер и Арсен Баянов

Стив Морс (Deep Purple) и Арсен Баянов

Можно подробнее услышать о группе «Психоделический номад«? Это ваш собственный проект? Чем он вдохновлен и долго ли просуществовал? 

Тогда все были помешаны на психоделических группах типа The Doors, Jefferson Airplane, Soft Machine, The Crazy World of Arthur Brown, Iron Butterfly и так далее. Мы пытались им подражать, и местами получалось нехило.  «Психоделический номад» состоял из двух человек! Играли психоделию только вдвоем: на гитаре и барабанах. Даже была попытка дать концерт в Инязе. Но он провалился. А потом, как настоящие психоделические чуваки, разошлись во взглядах на разные пути в поисках состояния измененного сознания.

Вы видели Алмату своими глазами в её золотой период 60-80-х и сегодняшнюю Южную Столицу, анализируя этот промежуток времени, что изменилось к лучшему, а что, наоборот, стало хуже?

Теперь это не Алма-Ата, а Алматы и Южная столица. А значит какой-то другой город.

Что послужило толчком к написанию целой книги о жизни молодой неформальной АлмаАты, действительно уникальной работы?

В 2004 году я ушел из очередного газетного проекта. Делать было нечего. И вдруг меня осенило, что можно написать книгу на том материале, который у меня есть. Отрывки будущей книги (как я теперь понимаю) я даже иногда публиковал в газете «АиФ Казахстан», где  проработал много лет. Я сел и начал работать, и книга  как бы сама написалась! Мистика в этом  есть.

Книга нашла отражение в умах моего поколения. Мой знакомый, узнав о Вашей работе, загорелся идеей написания книги о современном городе «Алмаата просветленная«, как, повашему, подходит такое определение к нынешнему Алматы

Чтобы написать книгу «Алма-Ата просветленная» нужно быть самому  просветленным. Тогда точно получится. В любом городе найдутся и просветленные, и грешники.

Если Алмата в целом, может, и сделала скачок вперед, то АлмаАта музыкальная, как мне видится, сдала позиции либо ушла в глубокий андеграунд, талантливые коммерческие группы затихают после пары месяцев работы, в то время как эфир музыкальных каналов заполнен однообразным отечественным шлаком? Почему сложилась такая ситуация, когда очевидно, что в стране были и есть талантливые музыканты?

Я не культуролог. Но мне видится эта ситуация следующим образом (это если в общем говорить, а не только про музыкантов). Существовала городская (особая) культура, которая  возникла в период Кунаева, когда Алма-Ата была столицей, а Казахстан был республикой в составе СССР. Частью этого тонкого слоя были именно интеллектуалы, литераторы, художники, музыканты, богема – те, кто пишет книги, музыку, картины, снимает фильмы, особой продукт выдает, типа полезной плесени. И этот тонкий слой был сломан, раздавлен, уничтожен (по большей части) диким капитализмом. А чтобы заново создать данную особую прослойку, требуется определенное время. К тому же сейчас  другое состояние общества, которое требует своих героев. Хорошо это или плохо, не знаю. Но контркультура, андеграунд были и будут всегда. А то, что затихают команды… значит они слабаки, нужно верить в себя и работать дальше. И то, что на  музыкальных каналах транслируют в основном, мягко говоря, непрофессиональные команды, с этим все ясно. Кто может заплатить, того и показывают. А нужно, чтобы было все наоборот. И тогда наш музыкальный телеэфир  будет точно иным!

Арсен Баянов

Арсен Баянов вынашивает «целое громадье» планов

Согласно Вашей книги, Алмата тех времен – “город-джаз, город-блюз”, а каким музыкальным направлением Вы бы охарактеризовали современный город?

Когда я написал это, то имелся в виду город интеллектуалов, мыслящих людей, ценителей прекрасного, город непростой, даже местами «замороченный». А сейчас я бы написал иначе, это «город–поп». В смысле популярной музыки. А может и в прямом смысле…

Журналистика, музыка, книга, фильм… А в каких еще областях искусства хотел бы попробовать себя Арсен Баянов? Есть ли в планах новые грандиозные проекты?

О планах особо не люблю распространяться. Заметил давно, если  озвучишь их на людях, потом что-то может не срастись. Такое у меня правило. Но планов громадье!

 


Fatal error: Uncaught Exception: 190: Error validating application. Application has been deleted. (190) thrown in /home/j55ct21j/public_html/wp-content/plugins/seo-facebook-comments/facebook/base_facebook.php on line 1273